ДНЕВНИК ОТШЕЛЬНИКА. Камчатка, сэр!

23 янв
19:42 2019

   Продолжаем публиковать рассказы нашего земляка, путешественника Александра Чканникова. В этот раз Александр поделился воспоминаниями о поездке на Камчатку, которая состоялась около 10 лет назад (поэтому не удивляйтесь ценам на красную икру на одном из фото)).

Все рассказы А.Чканникова, опубликованные на нашем портале, можно найти по ссылке.

ДНЕВНИК ОТШЕЛЬНИКА
Камчатка, сэр!



   Лето плавно шло к завершению, разменяв август, и мысли мои о бесцельно растраченном сезоне становились всё отчётливее. На заграницу средств не хватало, да и сезонные дожди не вдохновляли на путь туда. Раскрыв, как всегда бывало в таких случаях, обширную карту России, я призадумался… Предположим, у меня есть возможность отправиться в любую точку родного Отечества, но в последний раз? Куда бы я двинул, не сомневаясь в выборе? Тут уже был, туда не хочу, тут не понятно что… Так размышлял я, скользя взглядом по Родине, пока не упёрся в самый край. Полуостров Камчатка. Эх, это, конечно, тема, но как туда добраться?! Ведь билеты дороже, чем за рубеж, а иначе, чем самолётом, на неё и не попасть. Интернет подтвердил моё опасение насчёт авиаценника — стоимость билетов внушительная, да и брать их надо сильно заранее. А лето, тем временем, неумолимо заканчивалось.

   Продолжая блуждать по карте вновь и вновь, окончательно понял, что хочу именно на Камчатку. Но как?!! Понимая, что обычный билет мне уже не светит, я стал искать тех, кто собирается отказаться от уже имеющегося где-нибудь билета. Шанс малюсенький, но он сработал. Каким-то чудом в одной их фирм кто-то решил отказаться от полёта и разместил объявление об этом в интернете. Билет невозвратный и… на завтра утром (!). Единственная сложность — офис в Москве, фиг знает где и вот-вот закроется. Мне сказали, что билет у них куплен на организацию, всё как-то мудрёно, и если я не выкуплю до закрытия офиса, то они его просто спишут. Не знаю, поставил я тогда рекорд по скорости поиска нужного места в лабиринтах Москвы, или нет, но ввалился в нужный офис за 6 минут до закрытия, причём, там сидела девушка, которая вообще была не в курсе дела. Тяжело дыша, весь в мыле, помогая себе жестикуляцией, я промычал, что это Я! Дальше было что-то вроде немой сцены, и такой же немой вопрос появился на лице девушки, типа — и чё?! «Ну, это же я, это мне надо на Камчатку!». Немая сцена дополнилась испуганным изумлением, и молодая девушка, не зная, что ответить, не нашла ничего лучше, чем сказать: «Мы закрываемся, вы, видимо, не туда попали, здесь офис». На часах без 3 минут! Отдышавшись и собравшись, я смог вразумительно объяснить, что мне надо выкупить билет, оформленный на их фирму по крайне низкой цене. «А-а-а! — наконец, всплеснула она руками и развернула листок, лежавший рядом. — Это, видимо, для вас оставлено?», — там было пояснение и данные билета. Yes, получилось! Рассчитавшись и взяв своё сокровище, я вышел на улицу. Лишь бы он был подлинный! Завтра утром вылет, билет в одну сторону, с собой, как говорится, опять ни шиша, быстро домой, переодеться, взять фотик — что ещё? Неважно, ничего, мой рюкзачок обычно мало весит. Абсолютно пустой, рано утром, со своим фотоаппаратом, я был в аэропорту. Билет оказался настоящим. Ну, поехали!..

   Петропавловск-Камчатский — преинтереснейший город, расположившийся у подножия двух действующих вулканов — Корякский и Авачинский, создающих невероятно красивое обрамление города и периодически посыпающих его своим пеплом. Из этого же пепла, в большинстве своём, он и построен. Масса домов там выглядит просто ужасно, так, словно крайний срок их капремонта истёк ещё в 60-х годах. Но, тем не менее, мне этот город очень понравился, особенно, Авачинская бухта с её зелёными скалами и среди них — чудом уцелевшим памятником русским воинам дореволюционного периода — морякам, сестрам милосердия, солдатам. На материке такого нет нигде, а тут уцелел, со старой орфографией, в прекрасном парке, ухоженный, трогательный кусочек старой России. Это памятник героям — защитникам Камчатки от англо-французского флота во время Крымской (Восточной) войны во 2-й половине 19 века. Благодаря подвигу и самоотверженности этих людей, территория Камчатки осталась за Россией, а командующий вражеской эскадрой, которая атаковала город-порт Петропавловск, потерпел позорнейшее поражение. Удивительно, что советская власть не уничтожила этот памятник. Все следы доблести царской России она тщательно уничтожала, а тут, видно, руки не дошли. Далека Камчатка и до сих пор дика, и в большинстве своём — девственна.

   В первый же день моего пребывания я узнал от местных, что отдаление от города на 30 км считается уже жестким экстримом, и что на полуострове тьма медведей, и он, медведь, до сих пор считается тут главным, и что есть всего одна грунтовая дорога на 600 км, местная «дорога жизни», которая связывает несколько населенных пунктов. Ближайшая тропа в направлении из города, которую посещают люди, ведет на вулкан Авачинский, у его подножья есть лагерь. Вулкан всё время «дышит», но на него, тем не менее, тоже есть тропа. По ней я решил направиться, взяв за ориентир дымящуюся вершину. Вначале дорога была относительно нормальная. Потом, петляя среди садовых участков пригорода, она становилась всё хуже и уже и, наконец, когда последний намёк на асфальт закончился, я вышел к реке, берега которой по обе стороны были засыпаны камнями, изредка красными, чаще — серо-белыми

   Дальше путь шёл по этим каменным россыпям, они растекались хаотично в лес и пересекались оврагами, но были видны следы транспорта на прогалинах из черного вулканического песка. Все вокруг было пронизано движением и деятельностью вулкана, ландшафт здесь, очевидно, постоянно менялся, с каждым новым селевым сходом и разливом реки. Сейчас она была спокойна, по берегам росли березы, но какие-то не наши, не подмосковные берёзки, кроткие и стройные, словно девушки. Камчатские березы — это раскоряченные лесные чудища, протягивают свои руки-сучья под невообразимым углом. И «листочки» на этих чудищах размером, ну, если не с лопух, то с крупный папоротник точно, больше ладони, и только формой напоминающие нежный березовый лист. Ночью эти камчатские рощи смотрятся, словно кощеево царство, над которым грозно и величественно дымят вулканы. А ведь тут живут ещё и медведи!

   От всего этого в первую ночь движения к вулкану Авачинскому мне было робко и чуточку стрёмно. Идя тихо и прислушиваясь к каждому шороху, я, к своей радости, через время услышал шум мотора и увидел свет фар. Ура, люди! И хотя это было километрах в 15–20 от Петропавловска, но меня очень обрадовало, я вышел навстречу и остановил машину. Внутри сидел всего один «людь», невменяемо бухой, на антикварном жигулёнке, чудом двигающемся по всем этим камням. «О, турист, — пробасил водила, — пить будешь? — и радостно протянул мне бутылку водяры. — Больше нет». «Мне бы в лагерь…», — с сомнением произнёс я, размышляя, что хуже — невменяемый водитель, или стадо медведей, как мне казалось, за ближайшими кустами в ночи. В Петропавловске меня уже просветили, что, в целом, медведи по статистике убивают человек 5–6 в год, и мне очень не хотелось пополнять эту статистику в начале похода. «Ну, садись!». Я сел, хлопнув дверью, и, беспорядочно шныряя фарами, мы понеслись по колдобинам так, словно катились под уклон. Как по пути не отлетели колёса, осталось загадкой. Мужик пил из горла и горланил песни. Мой неуместный вопрос про ДПС очень его рассмешил. «Тут цивилизация только в Петропавловске, а здесь, — он многозначительно повёл бровью, — здесь власть медвежья, а им пофиг!». Отхлебнув изрядный глоток, он направил машину в очередной овраг с камнями. Да, это было весело, настоящая езда «по-русски»!



Петропавловск-Камчатский на фоне своих знаменитых вулканов

Обзорное видео Петропавловска с верхушки ближайшей сопки:


Балконы-сараи - местная особенность города


 Ресторан в местном  VIP-районе


Интим без выходных  - видимо здесь и белье вам простирнут


Уникальная отделка 5-этажки - со времен Брежнева без капремонта


Трогательное отношение камчедалов к хлебу насущному


Авачинская бухта - место боевых англо-русских столкновений на Качатке


В порту


В местном магазине - цены не сегодняшние


Камчадал


Наступила первая камчатская ночь


Ночной боковой выброс пепла со склона вулкана Корякский


Словно чудище идет через лес старая камчатская береза


Нетающие снега у подножья вулкана

   К середине ночи, без потерь, мы добрались в лагерь. Там стояло несколько палаток, в них спали люди, утром собиравшиеся подниматься на вулкан. Вокруг, у подножья вулкана, высились чёрные снежные конусы — чёрные они были от снега, перемешанного с пеплом, и под ними был лёд.

— Ты тут знаешь кого? — спросил водила.
— Нет.
— Ну, я завтра забирать буду этих, когда вернутся, иди, разбивай палатку и спи. А где она, кстати?..

   Тут только водитель с удивлением посмотрел на меня — ведь я был абсолютно пустой. Махнув рукой и улыбнувшись — мол, какая палатка, ты ещё про спальник спроси, я поблагодарил его и ушёл в темноту, в ближайший кустарник. Ну, надеюсь, медведи к лагерю близко не подойдут, через час рассвет, и как только рассветёт, начну подъём. Однако, тут у них дубак, хоть и август.

   Переполненный эмоциями, я всё же отрубился на пару часов, и только откровенный холод поднял меня с первыми лучами холодного солнца. Лагерь дрых, и среди шапок грязного снега тропа уходила к дымящейся вершине. Эх, здорово! Что-то там наверху? И, преисполненный энтузиазма, я начал восхождение. 

   Чем выше, тем больше камней и тумана, но движение согрело. А внизу проснулся лагерь, и вскоре я увидел цепочку экипированных челов с посохами, которые начали подъём. Ну, что ж, я буду первым, а на вершине познакомимся. Тропа ныряла в туман и петляла по склонам вулкана, пересекая снежные поля и ледяные скаты, устремлялась к конусу. Видно было, что она хорошо протоптана, видно, много людей поднималось сюда. От этого было стабильное чувство уверенности, что это место не смертельно опасно и для начала путешествия по Камчатке — самое то, чтобы понять характер и нрав этой далёкой русской окраины.

   На вершине открылся потрясающий, прямо-таки марсианский ландшафт. Красная земля и желтые гудящие фумаролы, и всё это периодически то затягивало облаками, то разгоняло ветрами, и тогда в их разрывах открывались величественные грандиозные виды окрестностей, которые очень быстро вновь покрывались плотными облаками. Пока я прыгал по краям конуса, поднялась первая группа, и все они легли на красную землю.

— О, ребят, привет! А что вы делаете?
— Вулкан слушаем.
— И чё слышно?
— Попробуй ты, не обожгись.

   Я лёг рядом. Красная земля, точнее, россыпь камней действительно была горячей, но терпимо, и снизу шёл гул.

— Здорово! — оценил я. — Заодно и погреться можно.
— Да, только не засни. Ты один ходишь?
— Ну, да.
— Вот, смотри не засни, вокруг ядовитые газы, надышишься и не встанешь.

   Дельный совет, главное своевременный. После бессонной ночи очень хотелось поспать на вершине вулкана, словно на огромной уютной печи. Ребята поднимались сюда не первый раз, и спросили, был ли я у трещины на конусе. Я ответил, что нет, и они мне порекомендовали туда подойти, но не спускаться — газов много. Да и трещина всё время расширяется, а рядом пробка. Что? Да пробка, ну, пробка из камней. Там тоже газов полно, сила вулкана из-под этой пробки в трещину прёт. Как «критическая масса» наберется, пробку выбьет, город опять пеплом присыплет, а тут, наверху, ландшафт поменяется. Да-а, круто! 

   Я встал с уютных, тёплых камней и направился в сторону трещины. Дым из фумарол и со дна полностью скрывал её, пока я не вышел на самый край. «В принципе, и не глубокая, этажа 2–3», — разглядел я, когда очередной порыв ветра сдул немного дыма. А рядом стояла непродуваемая стена смога — серая плотная мгла, и под ней масса крупных подвесных камней. «Вот она, эта пробка?.. Надо бы мне возле неё пошарахаться», — решил я и углубился в серую тьму.
Повсюду камни, размером с бочку, с рваными краями, словно гигантский щебень, подвижный при движении — он качается под ногами, лишая твёрдой опоры. Повсюду, сквозь промежутки между этих камней, снизу тянется едкий дым, дышать почти нечем, через тряпочку легче, видимость слабая, но как интересно — вулканическая пробка, которая рано или поздно вылетит! Однако, тут можно и заблудиться, хотя, конечно, рано или поздно выйдешь на край вулкана. Если, конечно, воздуха хватит. Побродив здесь немного, я пошёл обратно на звук самой громкой фумаролы, что служила ориентиром. Группа туристов по-прежнему отдыхала на краю, а снизу поднималась ещё одна.

— Что, на пробку ходил? — спросили меня.
— Ага, классно там! Вы были?
— Кто как, там небезопасно.
Меж тем, вторая группа поднялась на край.
— Ого, японцы. Ого, пенсионеры! — отметил я.
— Ну да, эти здесь — не редкость, — подтвердили ребята.
Запыхавшиеся японцы с лыжными палками в качестве опоры вызвали у меня искреннее уважение.
— Ребята, они же реально пенсионеры и поднялись, давайте им похлопаем, — предложил я.
— Ну, давай!
И мы дружно им поаплодировали. Реакция японцев, в то же время, меня очень удивила. Они посмотрели удивлённо, и мне показалось, даже возмущённо, словно мы не поддержали их, а чем-то стебанули. Молча они развернулись и ушли на край за выступ из остывшей лавы, где нас не было видно.
— Чего это они?..
— Японцы, — пожали плечами ребята, — фиг их поймёшь, забей.

   Начался спуск, и я пошёл с группой, оставив горделивых японцев одних наверху, но вскоре отсоединился и пошёл на ледник в стороне от тропы. Видимость была отличная, и по белому спрессованному снегу текли сверху талые ручьи, исчезая в трещинах. Сначала это очень развлекало, но потом склон стал резко покатым, словно горка. Впереди показалась глубокие трещины, всё накрылось туманом, и я понял, что забыл, в какой стороне тропа. Только звук срывающейся вниз воды и ужасная скользкота. Вмиг склоны вулкана привели меня к пониманию, что он хоть и посещаем, но сходить с тропы, всё же, не следовало, тем более, сюда, на лёд, без должной обуви, под такой уклон! Вода текла под ногами, ненавязчиво пытаясь «слить» меня в трещину, видимость была уже на расстоянии вытянутой руки и всё. Сидеть и ждать, никуда не рыпаться? Может, крикнуть, кто-нибудь услышит на тропе, откликнется, и я хоть пойму, где она? Не, подожду. Вот только сколько? Облака могут и не рассеяться до утра следующего дня, а может, и не одного дня. 

   Но через 40 минут, на моё счастье, показался просвет неба, я быстро сориентировался и пулей вернулся на тропу с ледника прежде, чем всё вновь затянуло облаками. Ну, вот и славненько, к ночи надо спуститься вниз. Лагерь, к моему приходу, снялся с места, и всех, кто там был, увезли обратно в Петропавловск. А поскольку я спустился с вулкана последний, то меня, как незарегистрированного, никто и не ждал. Да я и не собирался возвращаться. Переночевав в овраге из чёрного шлака, утром отправился обходить соседний вулкан — Корякский. Тропы на его вершину не было, и он был значительно выше и мощнее Авачинского. Это для альпинистов тема, а не для простых туристов. С его краев, выше и к концу, гудели мощные выбросы газов. Дышит всё здесь, пышет, и в любой момент, значит, может произойти извержение вулкана, всегда непредсказуемого. Пытаясь хоть как-то прогнозировать столь грозное событие, что далеко не редкость в этих краях, учёные-вулканологи ставят повсюду датчики и постоянно снимают показания, в том числе, уровень подъёма земли.

   Вулкан Корякский, несмотря на своё название, очень красивой и правильной формы, склоны его почти безжизненны, усыпаны чёрным песком и камнями, но среди них попадаются невероятные оазисы жизни с изумрудно насыщенной травой, среди которой текут ярко оранжевые ручьи. Всё это на фоне черного песка создаёт фантастически шокирующую красоту. 

   Несколько дней неспешно я огибал Корякский вулкан и позже углубился ниже по склону в дикие заросли камчатского леса. Первое животное, которое удалось встретить, это олень. Он меня не заметил, так как я к тому времени минут 40 уже лежал на краю поляны, наслаждаясь покоем и видами. Он вышел из кустов и неспешно пошёл по траве, потом остановился и уставился в мою сторону. Нежелательно его пугать, и я, поэтому, не потянулся за фотоаппаратом, а просто смотрел на него. И он, вроде, смотрел на меня — дорогие, трепетные моменты! После чего он удалился, а я, еще немного посидев на краю поляны, чтобы дать ему пересечь её, пошёл своим путём, пока не уткнулся в какую-то реку, вдоль которой и проследовал дальше. 

   В одном месте на этой реке вдруг послышалась возня, и я подумал, что это люди. Радостно позвав, пошёл в их сторону, но всё стихло, и только вниз по склону виднелся след примятой травы так, словно под горку спустили тяжёлую бочку, только что. Люди, ау-у-у! Но никого не было. «А ведь это не люди…», — начало доходить до меня. Но в те дни встречи с медведем были отложены, судьба предоставит их мне позже, и обильно, но не сейчас. По реке мне удалось выйти к тропам, которые вывели на дорогу в Петропавловск. 

   Первое знакомство с этими краями состоялось, теперь мне надо было выбрать маршрут поглубже. Самое уникальное и недоступное место на Камчатке — это, конечно, долина гейзеров. Попасть туда практически нереально, пеших маршрутов нет, или они знакомы лишь избранным. Все остальные добираются туда на вертолётах, что не только очень-очень дорого, но и крайне редко, потому что погода, в большинстве своём, нелетная из-за обилия туманов. Самое золотое время — сентябрь, и на этот период из богатых, желающих туда попасть, выстраивается на вертолёты огромная очередь. Очередь из миллионеров. В основном, это американцы, у них как-то всегда больше денег, но и они не все могут туда попасть. В общем, шансы у меня были ничтожны, но были… 

   Найдя в Петропавловске офис Кроноцкого заповедника, где были гейзеры, я добился встречи с директором, у которого попросился работать волонтёром, на что он мне ответил примерно: «Гуляй, Вася!». Однако, я решил, что дожму этот вопрос, не знаю, как, но сделаю всё, чтобы туда попасть. Погуляв по городу дня два, снова пришел в офис с той же просьбой, на что получил не менее стабильный ответ: «Гуляй, Вася 2». Что ж, шансы размазались о бетонную стену невостребованности моего волонтёрского, то есть, безвозмездного труда. Однако, выцепив у секретарши телефон, решил, что буду действовать измором. С собой у меня своего телефона, как всегда, не было, и поэтому в течение месяца любой человек, встреченный мне на пути, подвергался просьбе позвонить. А разговор происходил обычно так: «Здравствуйте, мне нужен директор» — «Минуточку. Аллё» — «Аллё, это я, можно к вам зайти? Нет? Хорошо». Потом опять: «Аллё, это я, нет? Хорошо…». И так раз за разом, хотя и зайти я бы не смог, потому что в это время находился незнамо где на полуострове, но почву, при этом, готовил. Психическая атака — дело тонкое, долгое. В общем, создавал впечатление, что весь месяц сижу у их подъезда. Меж тем, не теряя времени, прокладывал по Камчатке радиальные маршруты, в которых меня ждали приключения, связанные и с природой, и с камчадалами, и со зверями.


На вершине вулкана Авачинский


Авачинский вулкан на рассвете


Вид на соседний Корякский вулкан


Пробка на вершине Авачинского вулкана в окружении застывшей лавы


 Горячая красная поверхность, под которой слышен гул вулкана


Застывшая волна лавы


Путь в трещину на конусе вулкана проходит сквозь живые и горячие породы камней


 Самородок магмы в кислотном дыму


Вот она Авачинская трещина. Снизу доносится гул и идет ядовитый газ


Ледяная трещина гостеприимно ждет, когда кто-то соскользнет вниз


Гуляя по пробке, прижатый туманом


На краю ледяного невозврата


Лабиринт ледяных трещин

   С противоположной стороны от Авачинской бухты располагаются группой другие разнохарактерные вулканы. Их конусы величественно возвышаются над горизонтом и, делая снимки, я уже понимал, что дальше двинусь именно туда. Однако, одно событие задержало меня тут на весь день — в бухту причалил парусник. Настоящий парусник под названием «Паллада». С него скинули трап и поставили табличку, что любой желающий может подняться на борт. Вот это да! Конечно, я оказался желающим № 1. Влетев, как тушканчик, на палубу, я попал в самую гущу матросов-курсантов. Это было довольно неожиданно, они все надели парадную форму, некоторые собирались сойти на берег. Я тут же начал знакомиться и выяснилось, что это судно для будущих морских офицеров, где парни постигают основы морского дела, традиции и ходят под парусом по всему миру. Они только что причалили в порт Петропавловска и пробудут здесь пару дней. Да, повезло ребятам, подумалось мне, вот она, доблесть русского Тихоокеанского флота! Бравые красавцы, белая кость, восстановление былой славы наших моряков. Приятно было с ними общаться — чистая речь, подтянутость. Это не парни из подворотни, с пивком, это русская элита! Кстати, Благочинным камчатских церквей, на тот момент, был бывший командир подводной лодки, поэтому отношения и традиции флота и церкви на Камчатке очень тесны. 

   Ещё ребята рассказали мне, где можно увидеть кладбище огромных кораблей. Ну, а очутившись там, и уже пройдя дальше, я нашел в бухте места базирования всей мощи нашего военного флота. Конечно, это был военный объект, но корабли были настолько впечатляющи, и их было так много, что мне без труда удалось найти пирс, откуда я довольно удобно всё поснимал. Естественно, этого было делать нельзя и на меня здорово наорали с постов. Наорать наорали, а подойти, почему-то, не подошли. Ну, и я, притворившись глухим, продолжил съёмку в стиле оборзевшего папарацци. Если уж совсем было бы нельзя, то не орали бы, а тихо подошли сзади и… А вообще неплохо, наверное, быть арестованным морской охраной. Ну, да не свезло. 

   За базой находился небезызвестный всем вид по купюрам 90-х «Три брата» — это три выступающих из моря скалы. Осмотрев, таким образом, Петропавловск и прилегающие к нему территории, я вновь устремил свой взгляд на противоположный берег Авачинской бухты.



Колокольчиковый оазис на склоне Корякского вулкана


Минеральный источник среди изумрудных трав


Оранжевый минеральный источник


Суровая камчатская березка


Поделился по-братски с местными зверушками


Морская фауна


Ловушки на крабов в порту города


Парусник Паллада причалил в порту Петропавловска


Навстречу мечте


Курсант Тихоокеанского флота


Среди будущих морских офицеров


Трепетное отношение к Российскому флагу у памятника героям сражения с англичанами


На кладбище морских кораблей


Отслуживший свое морской исполин


Тихоокеанские границы под надежной охраной


Не знаю что это, но если стрельнет - мало не покажется


Кто сомневается, чьи Курилы?

Продолжение следует
Текст, фото: Александр Чканников ©

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER

Читайте также
17 Мая 2019
Сегодня день рождения отмечает Андрей Дударев - священник, краевед, поисковик, Гражданин, неравнодушный житель нашего города. Редакция портала поздравляет о.Андрея и напоминает - о человеке лучше всего говорят его дела
8 Мая 2019
Историю своего дяди, летчика-истребителя Валентина Андреевича Шуманова, не вернувшегося с боевого задания 25 июля 1941г., рассказала Елена Осокина, пушкинский краевед
25 Апреля 2019
Продолжаем знакомить пользователей нашего портала с интересным проектом наших земляков-фотохудожников. Андрея Гречи и Галины Бочкаревой. В этот раз героем их очередной работы стал Сергей Викторович Забурниягин, который привлек внимание авторов проекта тем, что построил храм в Софрино-1
Комментарии
ИринаИрина28 января 2019 - 07:46
0

ДЕЛЮСЬ СПОСОБОМ ЗАРАБОТКА — сайт — rbt201.ru
___________________________

ДЕЛЮСЬ СПОСОБОМ ЗАРАБОТКА — сайт — rbt201.ru
___________________________

ДЕЛЮСЬ СПОСОБОМ ЗАРАБОТКА — сайт — rbt201.ru
___________________________

ДЕЛЮСЬ СПОСОБОМ ЗАРАБОТКА — сайт — rbt201.ru
___________________________
ответная реплика


Набережная Серебрянки




Ритуальные услуги в Пушкино



Наши партнеры:





Нашли ошибку?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER