Мебель Ивантеевка

ДНЕВНИК ОТШЕЛЬНИКА. Австралия: на краю света - 2

07 дек
00:15 2017
   Пиннаклс: блуждающие дюны и каменная волна. Продолжаем публиковать рассказы пушкинского путешественника Александра Чканникова. В этот раз - продолжение отчета о его поездке в Австралию.


Австралия, часть 2

Пиннаклс: блуждающие дюны и каменная волна

   Мы ехали втроём по пустынной австралийской трассе, не встречая никаких признаков цивилизации, кроме самой дороги. Низкая кустарниковая растительность расстилалась до горизонта, и даже проволока вдоль дороги, ограничивающая частные земельные владения, кончилась. Да-а-а, наверное, в мире ещё не выпустили такое количество проволоки, чтобы разгородить всю Австралию, иначе они обязательно бы это сделали, как в Англии. Постепенно вдалеке растительность стала казаться кудрявой. Поначалу я подумал, что это пальмы, но они ведь в этих местах не растут. 

– Это травяные деревья, – сказала Марина.
– Как это?
– Ну, трава, только высокая, как дерево. Пойдёмте, посмотрим.
Мы остановились и вышли.
– Не-е, тут полно змей, и так видно, – повернулась назад, к машине, Марина.
– Да ничего не видно! – и я пошёл к ближайшему от дороги дереву. У него был обычный деревянный ствол, а вместо веток и листьев – кочки. Обычная такая болотная кочка, только гигантская.
– ЗдОрово, девчонки, идите сюда, фотографироваться!
– Никуда я не пойду, – сказала Марина. Света переминалась в нерешительности.
– Ты прилетела в Австралию походить по шоссе? – подтруниваю над ней. – Ладно, Марина, она тут живёт, а ты что? Неужели не хочешь снимка на природе, на реально ДИКОЙ природе?
– Ну, хорошо, – и с замиранием сердца, на каблуках, она пошла за мной к травяному дереву.
– Ну, что, не съели тебя змеи? Посмотри, как хорошо получилась на снимке.
– Да, отлично!
– Пойдём, нас Марина ждёт, – и мы отправились дальше. 

   Вскоре на горизонте, то тут, то там, стало блистать что-то белое, словно снежные вершины.
– Там что, горы?
– Нет, это блуждающие дюны.
– Такие белые? А как понять – блуждающие?
– Песок, из которого они состоят, – рассказывала Марина, – за миллионы лет настолько измельчился, что это даже не песок, а почти пыль, песочная мука. Он очень лёгкий, и потому ветер его постоянно сдувает, и огромные массы этого песка медленно передвигаются, наползая на зелёные заросли кустарников и травяных деревьев. Растительность, конечно, под дюнами сразу погибает. Поэтому, видимо, в этих местах нет ни земледелия, ни строительства.
– А дорогу они могу засыпать?
– Конечно! Вон одна как близко подобралась.

   Высоченным белоснежным айсбергом высилась посреди зелёного моря блуждающая дюна. По краям её виднелись макушки засыпанных, но ещё живых растений.
– А если такая дюна будет двигаться в океан? – предположил я.
– Ну, наверное, это будет довольно красивая встреча, – сказала Марина. – Вон та, видишь? По-моему, она подошла почти к берегу, с дороги не видно.
   За белой дюной, на горизонте, сиял отчаянно синий океан. «Надо будет на обратном пути задержаться именно здесь», – подумал я, и мы поехали дальше.

   По приезду в Пиннаклс, Марина «угостила» всех билетами, а пока она их приобретала, я отправился посмотреть, что делается в ближайших зарослях. Зайдя внутрь, тут же вылетел обратно с выпучено-восторженными глазами.
– Девчонки, там страусы дикие! – и убежал обратно. Девчонки за мной, конечно, не полезли, но я в своё удовольствие погулял среди этих птиц и немного их поснимал.

   Затем мы втроём направились в сам Пиннаклс по тропе. Перед нами открылась удивительная картина до самого горизонта, куда можно было только кинуть глаз. Из песка торчали каменные столбы всевозможных форм и размеров. Происхождение их науке точно неизвестно, но похожи они на древний, уже мёртвый лес. Мы все дружно словно впали в детство, и ушли в глубины каменных долин, бегая, залезая кругом и фотографируясь среди изваяний. Особенно в восторге была Светлана.

– Да, пожалуй, – констатировала она, – теперь я могу точно сказать, что была в Австралии!
– Ты просто молодец! – поддержал я её. – И спасибо Марине, что привезла нас сюда, в этот Пиннаклс.

   Лазили вокруг ещё долго, почти весь день. В парке мы были одни, сюда редко добираются посетители, а перед возвращением сели в машину и сделали «объезд почёта» с видеосъёмкой с крыши машины. Прервала нас пылевая буря, что не редкость в этих местах. 

   Возвращаясь вечером, полные впечатлений, на фоне звёздного неба мы созерцали белые дюны. «Ну, тормози, пожалуй, здесь», – попросил я. Марина была в курсе, что планирую тут остаться, а Света – нет, поэтому, когда я попрощался с ними и пошёл в сторону зарослей, немного испугалась. «Саш, ты серьёзно? Иди в машину, ночь же скоро, там же змеи, сам знаешь!». Но Марина, сказав ей, что Саша не шутит и это для него естественное времяпровождение, захлопнула дверцу и увезла подругу. Глаза Светланы, при этом, были такие, будто они бросили меня здесь умирать. 

   И вот моя комфортная жизнь из первой десятки запланированных дней плавно перетекла во вторую. Марина рада была, что я, наконец, отправлюсь в самостоятельное путешествие и дам ей отдых от своего бесконечного любопытного общества. Но мне так понравилось жить цивилизованно, что радость её была несколько преждевременна. Хотя она надеялась, видимо, что выберусь я из этих пустынных земель не скоро.

   Итак, я остался один и восторженно побрёл сквозь заросли кустарника к ближайшему белому «айсбергу» из песка. Когда подошёл, наконец, близко, то первое, что очень удивило, это какой он на ощупь. Действительно, тёплая мука – какой мелкий! Подул лёгкий ветерок, и я чуть не ослеп. Ничего себе, да тут надо осторожнее быть. Такой мелкий песок, что все глаза залепил, словно пудра. На всякий случай, примостившись с краю, поближе к зелени, я зарылся по пояс в тёплый песок и заснул. 
   
   Это была первая ночь на дикой земле Австралии. Утро встретил с радостной жаждой исследования местности, и сразу углубился в дюну. Это было абсолютное ощущение попадания на другую планету. Описать словами такое трудно, надо либо побывать, либо посмотреть немного фотографий. Правда, съёмка осложнялась, надо было прекращать снимать при малейшем движении ветра, накрыв голову, сидеть, не вертясь, и беречь глаза. Но я, конечно, мерами предосторожности пренебрегал, и вскоре уже почти не видел, делая снимки наугад, отчего их качество, надо сказать, не пострадало. А вот протирал глаза я ещё очень долго, но всё так увлекало, так манило идти дальше, дальше!.. Пока дюна не кончилась. Где уж было пережидать ветерок, когда вокруг так интересно! К сожалению, фотоаппарат на следующий день подобного пыльного ветерка уже не выдержал и через пару дней совсем отказал. Но в те дни я ещё отчаянно снимал. Уже потом, когда оказался снова у Робертсов, к большому их удивлению, успешно восстановил работоспособность аппарата обычным пылесосом. 


Долина Пиннаклс, по одной из версий - это остатки окаменелого леса


Древний лес окружён современным


 Обнимая каменную бабу...


Формы выветривания в камне


Светлана решилась и сошла с дороги для этого снимка


Белые барханы


Блуждающая дюна из белой пыли


Дюна вползает в океан


Молекула за молекулой двигаются они вперёд, а под ними - леса


На пути белой дюны у леса нет шансов


Снимок из будущего


Отступая, дюны уступают место жизни


Чёрные водоросли на берегу запорошены белой пылью, словно снегом


Словно живая биомасса, приходит дюна в движение на рассвете


Деревья-кочки вдоль дороги



   Когда дюна кончилась, за ней виднелся след из мёртвых, погребённых под тоннами песка растений. На горизонте виднелась вторая дюна, а за ней – синий океан. Вот туда и пойду. 

   Когда пробирался сквозь не очень высокие и вполне проходимые заросли, в какой-то момент рядом со мной что-то большое-большое, моего роста, вынырнуло из травы и уставилось на меня большими умными глазами. «Какой урод», – читалось в них. Я же с изумлением посмотрел ему в глаза, потом на его славные уши, короткие руки, и тут как закричу от осенившего меня восторга: «Кенгу-ру-у-у!! ЗдорОво, кенгур!». Он подпрыгнул, показал огромные задние лапы и хвост, и, перелетев через кусты метра на три, вновь опустился и неспешно запрыгал к океану. «И я, и я к океану, подожди меня!» – бежал я следом, путаясь в траве. Ну, куда мне за ним, ноги короткие, хвоста нет, даже сумки нет, такой вот я лузер. И он ускакал один. «Здорово, как же тут здорово!! – прыгал я по кустарникам, рискуя нарваться на ядовитую змею. – Как же тут офигенно здорово!». А вот и океан, и белая дюна встретилась с ним, наполовину растворившись в воде и образовав фарфорово-белый пляж, естественно, абсолютно дикий, с прозрачной водой, в которой плавали пеликаны. Какие-то чёрные водоросли были выброшены на берег и смотрелись, словно кляксы, и тишина – дивная тишина первозданного мира. Никакого намёка на цивилизацию, совсем! 
 
   Весь день пробыв на океане, ночь я снова провёл, зарывшись в дюне, а утром ушёл в саванну, вскоре вновь выйдя на какое-то ответвление от трассы, по которой мы сюда добирались на машине. Ну, думаю, нового я здесь ничего не увижу уже, а где-то там, в Перте, Марина, и вкусная ням-ням, и белый ковролин в подъезде. Вообще, это было нечестно, так быстро вернуться, тем более, что меня так скоро и не ждали. Но ведь вернуться за тем, чтобы снова куда-то направиться, так или иначе. Вскоре на дороге показалась машина. Ехала она в другую сторону, и хотя я её не стопил, остановилась и, постояв минут пять на холме, подъехала ко мне. За рулём сидел фермер с удивлёнными глазами и весь в наколках. 
 
– Что ты тут делаешь?.. – изумлённо спросил он по-английски, так, словно встретил человека в Сахаре.
– Гуляю, – пожал плечами я.
– Ты крейзи?
– Вроде, ноу, – с сомнением в голосе ответил я.
– Ты крейзи! – сказал он утвердительно и посадил меня в машину. 
 
   Всю дорогу он только это и повторял – крейзи, крейзи, крейзи. Ну, видимо, никто, действительно, не гуляет в этих местах, да и толком не изучено, какие опасности, кроме ядовитых змей, таят в себе лесные заросли. В общем, он отвёз меня на какую-то станцию и посадил в какой-то автобус. Так как, кроме Перта, других городов в округе нет на ближайшие тысячи километров, то я решил, что автобус привезёт меня поближе к Перту, а там как-нибудь. Но автобус, на конечном отрезке своего пути, заехал на какую-то железнодорожную станцию, все вышли, и я, недолго думая, пошёл по железнодорожному тоннелю со всеми пассажирами на платформу. Вскоре подали поезд, все сели, и прибыли в Перт к концу дня. Турникетов на выходе не было, и я легко оказался в городе. Марину нашёл в кафе её спортивного зала. Она так и застыла с ложкой мороженого, увидев меня – пыльного, обгорелого на солнце и так скоро вернувшегося обратно. Её воспитанность не позволила ей прямо сказать, как хотелось: «Саш, задолбал! Я могу в своём доме с мужем пожить отдельно, или нет?!». Вместо этого она только спросила: 
 
– А как ты смог так быстро вернуться? – учитывая, что денег на дорогу я с собой не брал. Да их и не было, практически. Только н/з на крайний случай, и тот оставил у неё.
– Ну, – говорю, – тут у вас такой коммунизм, и автобус, и поезд бесплатные, очень удобно.
– Ты с ума сошёл! Это только в городе Перте бесплатные автобусы, а за городом они очень даже платные. Видимо, тот фермер за твой билет заплатил, а поезд… Ну, тут тебе просто повезло, что ты не попал на контролёров. Знаешь, сколько штраф? Тысяча австралийских долларов. Не американских, заметь – австралийских!
– Жесть! То-то, я думаю, китайца одного так трясли на платформе парни в белых рубашках.
– В белых? Значит, были, всё-таки, контролёры.
– Выходит, были.
– Мимо прошёл, не тормознули тебя, повезло. Спас заяц-китаец зайца-русского. Ну, да ладно. А мы завтра с мужем на Вейврок собрались, придётся брать тебя с собой. Только вот в машине места нет, Света тоже едет, и малышка.
– Так поместимся!
– По правилам – нельзя столько человек, но мы что-нибудь придумаем.
«Это я удачно вернулся», – подумалось мне.
– А что такое Вейврок?
– Такое скальное образование в виде волны, из камня, образовавшееся под землёй около миллиарда лет назад и поднятое тектоническим движением плиты на поверхность. Находится в 500 км от Перта.
Эндрю вечером добавил, что если я хочу туда поехать, то большую часть пути придётся провести в багажнике. 500 км туда, 500 км обратно… Ну, конечно же, я согласился! И на следующий день мы поехали.

   Несмотря на «лёгкий» дискомфорт, путешествие оказалось преинтереснейшим. В первый же день до забронированной на ночь гостиницы мы не доехали, и все средства пропали даром. Заночевали в парке, за что также Эндрю пришлось заплатить, хотя можно было тупо заехать рядом в лес бесплатно. Но как истинный англичанин, Эндрю не мог себе этого позволить. Все спали в машине, а 7-месячную дочку положили в багажник. Ночь оказалась довольно прохладной, и утром мы все постукивали зубами. Неспешно потягиваясь, Марина сказала мужу, что, пожалуй, пора посмотреть, как там дочка в багажнике. «Ну, посмотри», – сказал он невозмутимо, словно речь шла о хомячке. «Нормально, живая», – сказала Марина, захлопывая крышку багажника. Да, таков образ жизни «западных» людей, и новорожденный ребёнок для них – не повод отказывать себе в привычках и предпочтениях, стеснять устоявшийся образ жизни. Это, конечно, очень удивило и даже поразило меня, а потом я подумал: может, так и правильно? Не трястись над каждым всхлипом и постоянно вытирать сопельки. Западные родители ни за что не подойдут к ребёнку на крик без серьёзного повода и оставляют его с рождения без шанса манипулировать ими. Это немного жестоко, зато их дети не вырастают нытиками и капризулями, да и родители из-за того, что не меняют резко свой образ жизни при появлении ребёнка, не разводятся. 
 
   На следующий день мы добрались до назначенного места, и пошли смотреть через низкорослый лес тот самый Вейврок. Это была огромная, крутая, словно в одно мгновение окаменевшая, настоящая волна! И это каменное чудо света было лишь подножием огромной каменной глыбы из гранита, которая уходила далеко за пределы видимости. Эндрю сказал, что все мы будем подниматься наверх – он, жена, Светлана, я и ребёнок в коляске. Причем, коляску толкать доверили мне. Очень не хотелось угробить дочь лорда, поэтому я был чрезвычайно осторожен, не забывая, при этом, усиленно фотографировать. 

   Так мы поднялись к гигантским дырявым камням на вершине. Дыры за миллионы лет проделал в камнях не стихающий в этих местах ветер. Надо отдать должное малышке – во время всего подъёма она почти не плакала, и только на обратном пути дала себе волю похныкать, как бы намекая, что ей всего несколько месяцев, и у неё есть маленькое право немного поныть. Ей снисходительно разрешили. Но до обратного пути было ещё далеко. 

   По дороге наверх мы сделали ответвление и посетили Скалу людоеда. Это место, где давным-давно в пещере жил один абориген, очень агрессивный и жестокий. Он занимался тем, что воровал исключительно детей, поедая их в этой пещере. На стене осталось множество отпечатков детских ручек, покрытых для сохранности каким-то составом. Людоед, в итоге, был пойман и приговорён к казни муравьями, которые съели его живьём. Происходили события эти очень давно и были описаны на табличке перед входом в пещеру. Места там, надо сказать, и правда, энергетически тяжёлые.
 
   Затем мы отправились дальше, и впереди нас ждала удивительная дорога, построенная в кронах древнего леса. Насколько античным был этот лес, можно было понять уже вначале. Мы приехали на тот его участок, где вход был платным – ну, а как же, ведь мы ехали с англичанином! Он всем подарил по купленному билету, и вот мы направились прямо от кассы внутри большого здания по сетчатой металлической дорожке, подвешенной в метре над землёй. Я ещё подумал – ну вот, по живой земле и не походишь в этом лесу, но дальше было настоящее удивление. Поворачивая среди огромных стволов, дорожка стала подниматься плавно выше и выше, и вот мы уже в кронах огромных деревьев. Это было непередаваемо! Поэтому мы долго не хотели оттуда уходить, и всё гуляли, гуляли в кронах. 

   Но это были ещё не все неожиданности. Кроме подвесной дорожки, внизу проложили и обычную тропу среди древесных гигантов. Иногда она проходила прямо посередине дерева, через ствол. А ещё там сохранилось дерево – «Бабушка Тингл», старое, возрастом примерно 400 лет, от семян которого и вырос весь этот лес. Попадались и огромные пни, и поваленные деревья, в полые стволы которых можно было забираться внутрь, а на пнях считать количество лет, прожитых деревом. Занятие, надо сказать, очень утомительное и долгое, поэтому где-то на 200-м кольце мы бросили подсчёт, не дойдя даже до середины. А ещё чуть дальше росло знаменитое дерево Глостера. Оно было таким большим, что 100 лет назад фермер Глостер, владевший этими лесами, решил проложить к его вершине дорогу. Стали прямо в ствол загонять крепкие железные штыри, образую вокруг него как бы винтовую лестницу, а наверху разбили шатёр. Служил этот шатёр, в первую очередь, для обнаружения пожаров по линии горизонта. Дереву вся эта суета вокруг него никак не повредила, железо буквально вросло в ствол, и вот мы поднимаемся по ступенькам вверх, а нам навстречу спускаются те, кто там уже побывал. Так и лазают люди вверх-вниз по стволу, как настоящие муравьи!
Кстати, следуя по дороге к этому удивительному дереву, мы встретили одного австралийца. Вместе с сыном он шёл нам навстречу, но вдруг остановился и стал о чём-то очень подробно рассказывать Эндрю. Оказывается, как перевела Марина, они только что видели там, куда мы идём, большую, сильно ядовитую змею, которая встретилась им на тропе. И австралиец просил нас быть крайне осторожными, чтобы ничем её не побеспокоить. Самое поразительное, что заботился он не о безопасности наших жизней, а о комфорте змеи. Это было так удивительно и, в то же время, так естественно для австралийца. 
 
  Последнюю ночь, завершающую наш поход, мы решили провести в пути, нигде не останавливаясь. Дорога проходила по пустынной местности, без достопримечательностей. И только Млечный Путь сиял необычайно ярко. Все даже вышли из машины специально полюбоваться этим явлением. Все, кроме меня, ведь я ехал в багажнике. Видимо, решив, что уже сплю, меня на звёзды посмотреть не позвали. А я, блин, не спал, и сквозь щель в багажнике смотрел и завидовал, но почему-то наружу не попросился, чтобы меня тоже выпустили – слишком уж романтично и заворожено смотрели они на небо, обнявшись. Не хотелось им мешать. Ну, думаю, ладно, у меня ещё будут звёзды, много-много, и всё мне одному в долгие, безлюдные ночи моего дальнейшего путешествия! 


Первобытный, необитаемый берег океана


Любопытный кенгуру


Парочка пеликанов


В тени травяного дерева


Вейврок, геологический возраст примерно 1 миллиард лет, состав - гранит

  
Марина и Эндрю взяли волну с первой попытки, главное разбежаться и на секунду плавно застыть, падение кубарем вниз после снимка уже не важно


В пещере людоеда


Знаменитое дерево Бабушка  Тингл, примерно 400 лет


Охота на бабочек в западной Австралии

Подвесные дороги в кронах на высоте 40 м протянулись длиной 600 м


Там, где птицы строят гнёзда


Издалека мост, словно ажурно-кружевной


Тропки сквозь стволы древнего леса


Пробираясь внутри упавшего гигантского ствола


Штурмуя дерево Глостэра, 58 м


Вид из кроны


Вот это чага!.


Хочешь сыграть в лотерею смерти ... - погладь меня



Продолжение следует 

Текст, фото, видео: Александр Чканников ©



Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER

Читайте также
24 Ноября 2017
Перт, или в одном из самых изолированных городов мира. Продолжаем публиковать рассказы пушкинского путешественника Александра Чканникова. В этот раз -   первая часть отчета о его поездке в Австралию
9 Ноября 2017
Большую статью о нашем земляке опубликовал портал "Подмосковье сегодня". Порадуемся за Александра, поделимся публикацией
3 Ноября 2017
4 ноября 2017 г. исполняется 101 год со дня рождения ветерана Великой Отечественной войны Зверевой Антонины Михайловны. Она является одним из немногих старейших жителей Пушкинского района, перешагнувших вековой юбилей
Комментарии
Календарь новостей
Декабрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31


похудеть к Новому году



Ритуальные услуги в Пушкино





Наши партнеры:




Портал "Пушкино сегодня"

Последние новости портала "Пушкино сегодня"

добавить на Яндекс

Нашли ошибку?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER